aksyanova: (Default)
Ну, т.е., это она его уже потом тушила. Сначала она его зажгла. А дело было так. Чудесным летним днем, Альвера Михална решила приготовить обед. Вообще, готовить она не то, чтобы мастер, но не без способностей. Раньше могла безе заделать без особых усилий, а сейчас может только суп из тушенки – обленилась совсем. Ну, так вот. Как известно, чтобы приготовить горячий обед, нужен какой-нибудь источник жара. Костер, например, или печка. У нас дома для этих целей плита имеется, газовая. К ней в комплекте идут спички, так как модель старая (это я не про Альверу Михалну сейчас, а про плиту) и автоматическими поджигалками не снабжена. После того, как спичка погибает, отдав свою недолгую, но героическую жизнь во имя нашего обеда, ее полагается торжественно похоронить в помойке. Но до помойки от плиты идти долго, поэтому на подоконнике, прямо рядом с конфорками, стоит жестяная баночка, куда складируются спичечные трупы.

Вот и в тот день, Альвера Михална, сказав сама себе «Махмуд, поджигай!», запалила конфорку и швырнула использованную спичку в банку для мертвых. Потом она поставила кастрюлю с водой на огонь и, напевая себе под нос что-то из башкирского народного, стала шинковать капусту для борща. Через некоторое время наша стряпуха учуяла, что потянуло паленым. «Горим, не горим?» задала себе вопрос мама и чутко затрепыхала ноздрями.

Ноздри ясно говорили – «горим, Альвера Михална, ой горим». Поразмышляв еще секунду над тем, что же это такое жгут на улице, мама повернула голову, чтоб глянуть в окно. И прям так и опешила – горел не старый мусор на улице. Горели наши зеленые в горошек шторы. Альвера Михална ахнула что-то матом и кинулась тушить хату.

Если дунуть, скажем, на горящее пламя свечи или спичку, то оно обязательно потухнет. Разум (не могу не польстить родной маме, вы же понимаете) Альверы Михалны это простую истину четко осознавал. Поэтому, в два шага преодолев расстояние от раковины до окна, она тут же начала дуть на горящие шторы и махать на них руками. А пожару только того и надо было. Сколько не дула щеки моя родительница, сколько не старалась, огонь меньше не становился. Даже наоборот.

Тогда было решено тушить пожар подручными средствами. Из коих обнаружилась только газета, подхватив которую, Альвера Михална яростно начала лупить ею по горящим шторам. Короче, когда загорелась и газетка, мама подкинула ее вверх, от неожиданности и, ойкая, стала тушить ее ногами, как только та приземлилась. Тем временем, шторы продолжали полыхать.

Решив наконец-то, что тут без воды никак не обойтись, мама набрала полную варюшку кипяченой воды из носика чайника и начала плевать на шторы, будь-то собиралась их погладить. Особого эффекта данное действие не возымело, имущество продолжало гореть. Тогда Альвера Михална решилась на отчаянный шаг – она схватила стоящую на плите кастрюлю и вылила все содержимое (слава богу, это была только теплая вода) прямо на пожар.

Так отважная женщина спасла семью, т.е. меня, от участи погорельцев.

Спасибо ей за это, большое.

Конец.
aksyanova: (Default)
Вчера я имела беседу с мамой про то, как они с братом в детстве шалили. Я уже про это писала несколько раз. Обычно шалила мама Альвера, а брату Алику доставалось люлей. Справедливо, я считаю. Потому, что кто дурак, тому и люля. В этот раз мамин рассказ отличался тем, что рассказан был с особым удовольствием, в красках и лицах. А началось все с моего заявления, что тараканов я не терплю и презираю даже за их паразитический образ жизни. У Альверы Михалны загорелись глаза и она мне поведала: а знаешь, Наськ, мы их в детстве с Аликом жарили! На мой вопрос «нахрена?», мама ответила «ну, как, интересно же! Индусы же их как-то жрут, вот и мы решили попробовать». А дело было так. На кухне завелось множество тараканов, которых и так травили и эдак, а они знай себе, плодились. Тогда моя мама, которая сообразительная в детстве была, решила произвести ревизию соседкиного шкапа, который стоял отдельно, в углу. Соседка отличалась большой бородавкой на носу, пауками на окне и красной береткой в любое время года. Посему, юные Давлетгареевы логично предположили, что зло в виде тараканов может исходить только от нее. И стали вытряхивать все из шкапа на пол. Обнаружив во вражеской мебели целое тараканье королевство, мама с братом вооружились дихлофосом и потравили всех его обитателей, включая королевскую чету, всех их отпрысков и прислугу. После этого, трупы невинно убиенных были аккуратно собраны в совок и практически уже отправились на помойку (парочку дохлых тараканов все же оставили в шкапе, в назидание вновь приходящим поселенцам). Но тут-то Альвермихалне пришла в голову потрясающая мысль тараканов этих пожарить. Семилетнему Алику было авторитетно втолковано, что настоящие индейцы (или индусы, это не важно) только этим и питаются. Т.е. это круто, по-любому. Алик, разумеется, повелся и пошел за сковородкой. Я не знаю на каком масле они их жарили, но то, что посолили – это факт. «Ой, Насть, они сначала жарились-жарились, а потом БДЫЩ-БДЫЩ-БДЫЩ – начали лопаться как поп корн» - сказала мама и захохотала так, что моя рука непроизвольно потянулась к телефонной трубке, с целью набрать 03 и вызвать скорую психиатрическую. Короче, поесть тараканов Алику было не судьба. Он даже расстроился. Мама не сильно переживала, так как, вы ж понимаете, есть их не собиралась.
Потом на кухню пришла соседка и поинтересовалась агрессивно, почему ее шкап весь стоит открытый. Мама невозмутимо сказала «проветривается» и понесла остатки сырых тараканов топить в туалет. Так вот и жили…
aksyanova: (Default)
Моя мама по имени Альвера Михална родилась в 1953 году. В этом же году помер Сталин, но я считаю, что эти два великих события между собой не связаны, как может показаться на первый взгляд. Когда мама родилась, мой дед сильно обрадовался, так как он как раз хотел, чтоб была дочка, ведь от девки больше пользы по хозяйству и жрет она не так много. Пользу мама начала приносить не сразу, а только после того, как начала ходить пешком – ей сразу вручили тряпку, пол мыть. С детства мама отличалась редкой сообразительностью, что я вам докажу на конкретном примере. Однажды, в дом набежала куча гостей, выпить водки и закусить тем, что мой дед принес с мясокомбината. Детям, в лице моей мамы, на это безобразие смотреть было не положено по штату, поэтому мамку снарядили в поход. Во двор. Во дворе мама была своим парнем, и ее никто не обижал. Если вдруг она исчезала из поля зрения бабушки, то, как правило, это означало, что она опять ушла к цыганам. Цыгане в те времена были порядошные и всегда возвращали маму на место. Иногда мама ходила в милицию перекинуться с милиционерами о том, о сем. Они маму любили и тоже всегда возвращали на место. Маме, кстати, тогда было один год и восемь месяцев. Запомните это, пожалуйста, так как это крайне важно. Так вот, для того, чтоб не гнуть спину, одевая малорослую по тем временам маму, бабушка поставила ее верхом на табуретку. Нацепив на нее кофточку в горошек и штанишки на подтяжках (ползунков тогда было не сыскать), бабушка убежала на кухню, спасать голубцы. А Альвера Михална так и осталась торчать на табуретке, как пень. Толька она хотела попросить закурить у кого-нибудь из гостей, чтоб уж не совсем бесполезно стоять, как к ней подошла одна дальняя родственница преклонных лет. Начав с обычных «сюси-пуси! А кто это у нас тут такой холееесенький стоит?» и не получив вразумительного ответа, потому что моя мама с глупыми людьми предпочитала не разговаривать, она перешла к совсем уж возмутительным действиям. Не прекращая разводить слюни, тетка неожиданно схватила мамины штанишки за подтяжки и с криком «опппа!» резко спустила их. И тут же замолчала, с интересом наблюдая за мамкиной реакцией. Мама недоуменно посмотрела на бешеную тетку и молча натянула штанишки обратно. Хочу заметить, что за всем происходящим уже наблюдали гости, которые перестали пить и жевать, а также бабушка, которая провела успешную операцию по спасению голубцов и вернулась в комнату. Тетка, которую результат явно не устроил, второй раз сдернула с ребенка штанишки, снова оголив перед гостями мамины интересные места. Ничего не сказала золотая рыбка. Злобно пыхтя и глядя на тетку как на клинического дэбила, мама одела штаники обратно. Тетка, которую явно заклинило, не желала оставлять дитя в покое. Но на это раз она решила действовать неожиданно. Сделав вид, что она потеряла к маме интерес, и уже идет обратно к салатам и водке, она неожиданно развернулась и с победным криком «а вот так!» сдернула с мамы штаны в третий раз. Если бы взглядом можно было убить, то в тот же день тетку и похоронили бы. На этот раз мама не осталась вновь безмолвной. Она произнесло громко и отчетливо единственное слово, и натянула штаны обратно. И это было слово «БЛЯДЬ». От неожиданности у тетки сползли очки на кончик носа и она стала кричать бабушке: Зульфия! Ты слышала, как она меня назвала! Бабушка к тому моменту уже стояла, уткнувшись лбом в дверной косяк, и ответила тетке мелко дрожащей спиной и невнятными всхлипами. Дед спустил маму с табуретки и она ушла играть к цыганам. Ну, или в милицию, как обычно.
aksyanova: (Default)
Я вам еще расскажу про прабабку. Она у меня была ведьмой. Лечила разные болезни молитвами. Читать и писать умела только по-арабски. До самой смерти в маразм впадать отказывалась. Еду солила и перчила так, что чихали все, кто был рядом. По-русски говорила крайне плохо. Например: банда – ванна, сабогочники – сапоги, параодчик – переводчик, и так далее. У нее было 13 детей (знаете же, у ведьм это счастливое число), причем последний оказался сюрпризом: прабабка была уверена, что это у нее несварение. Было ей тогда 63 года.
Так вот, в этой истории фигурантами выступают ранее упоминавшиеся моя мама и ее брат-придурок, ну, и прабабка, соответственно. Дело было ночью. Решили мама с Аликом над прабабкой пошутить. Тут надобно отметить, что прабабка Камяр была человеком глубоко-верующим, как в аллаха, так и в чертей разных. На этом-то и решили сыграть любящие внучата. Мама, конечно же, была идейным вдохновителем, а также режиссером-постановщиком. Алик был, как водится, исполнителем главной роли. Нацепив на брата старую отцовскую дубленку мехом наружу и водрузив ему на башку шапку ушанку, а также вымазав ему лицо гуталином, мама намеревалась напугать прабабку. По сценарию мама с братом должны были затаиться в ванной и дождаться пока бабка уснет. Наблюдать предстояло из окошка между ванной и кухней (да, Камяр спала на кухне, поближе к холодильнику). Так они и поступили. Когда бабуля отправилась на боковую, мама и Алик спрятались в ванной и стали ждать полночи. Как только старушка захрапела, а часы пробили 12, Алик выбрался из засады, ворвался на кухню с ревом раненного бабуина и стал скакать вокруг бабкиной кровати, исполняя замысловатый танец буйно-помешенного примата. Прабабка моя немедленно проснулась и безошибочно идентифицировала Алика как черта, который пришел ее, болезную, убивать. Вскочив с кровати с удивительным проворством, Камяр схватила свою деревянную палку, и с криком «Жин! Жин! Шайтан!», начала охаживать Алика по спине и прочим мягким местам. Алик взвыл не своим голосом и бросился наутек. Но не тут-то было. Бабка была не робкого десятка. Она схватила черта за шкварник и не дала ускользнуть. Она лупила его костылем еще минут пять и от множественных травм Алика спасли только дубленка и отцовская шапка-ушанка. Тем временем в ванной, моя мама наблюдала за происходящим из окошка, тихо сползая по стенке от смеха. Каким-то чудом Алику все же удалось вырваться из цепких лап 90-летней бабули и он пулей вылетел с кухни. Влетев в ванную, он с криком «так нечестно! это ты, дура, все придумала!» начал громко плакать. Мама, не переставая истерически ржать, зажимала ему рот ладонью и как могла успокаивала. Проведя инструктаж «проболтаешься – хуже будет», мама отправилась спать, прихватив всхлипывающего Алика. На утро бабка рассказывала семье про ночной визит нечистой силы и ее героический отпор. Мама давилась завтраком. Алик хмуро ковырялся в каше и молчал. Отец с матерью подозрительно поглядывали в сторону детишек, чуя неладное. Но разбираться не стали. Знали, наверное, что правды все равно уже не добиться.
Вот, как-то так все и было.
aksyanova: (Default)
Я умею ставить уколы и накладывать повязки. Так же могу вылечить вам какое-нибудь заболевание, даже триппер, например. А все потому, что моя мама – медик и научила меня разному. Мамина склонность к врачеванию проявилась еще в детстве, когда ей было 5 лет, а брату Алику – 2 года. Семья тогда жила в бараке, крайне бедно, отец и мать впахивали с утра до глубокой ночи. А на маман шуршала по хозяйству, не смотря на совсем еще сопливый возраст. Присматривать за младшим братом тоже входило в ее почетную обязанность. Однажды днем, когда родители были на работе, а полы уже помыты и маме было нечем заняться, она решила провести всестороннее обследование брата на предмет наличия какой-нибудь заразы. Какие были обнаружены симптомы, история умалчивает. Известно только, что мама нашла единственный способ спасти Алику жизнь – намазать ему всю рожу зеленкой. Алик не сопротивлялся. Когда дело было сделано, мама чуть не наложила в штаны, так чудовищно выглядел Алик, который и так-то был на человека не очень похож, скорее на японца. А тут еще и морда зеленая, тока улыбка посередине белоснежная. Попытка отмыть Алику лицо при помощи мочалки и хозяйственного мыла результата не дала. Тогда, поразмыслив, мама решила безобразие по имени Алик замаскировать. Так как зеленкой он был попорчен частично, маскировать пришлось не целиком, а только голову со стороны лица. Для этого мама нашла подходящий кусок марли, приладила его Алику на физиономию и закрепила веревочкой. Алик так обалдел от происходящего, что под марлечкой немедленно затих. Ему, видимо, казалось, что это какая-то новая игра. Так он и сидел, как барышня под вуалью, пока с работы не пришла моя бабушка. Увидев сына, покрытого тряпицей и сидящего при этом необыкновенно тихо, бабуля подошла к нему аккуратно и приподняла за краешек марлю. Тихо сказав «ой, етить твою…», бабушка опустила марлю на место и пошла ржать за угол. Мама тем временем усвистела куда-то, ожидая, что ей наверняка намажут зеленкой попу, предварительно пройдясь по ней ремнем. Алик тихонько сидел и улыбался под марлей. Потом пришел с работы дед. И бабушка стала показывать ему Алика под марлей. Тихо сказав «………», дед тоже ушел ржать за угол. Потом, когда вернулась мама, ее беззлобно спросили зачем она так поступила с родным братом и, поняв, что в целях предотвращения эпидемии и последующего мора, лупить не стали.
Вообще, когда моя мама пытается меня лечить, главное – вовремя увернуться.
Page generated Sep. 23rd, 2017 02:01 am
Powered by Dreamwidth Studios